Жила-была маленькая девочка Викуля. Она была очень весёлой, но иногда в её животике просыпался капризный Гром. Стоило Викуле чего-то захотеть, как Гром начинал греметь: «А-а-а! Хочу! Дайте!» Девочка краснела, топала ножками и громко плакала. Мама расстраивалась, а папа грустно вздыхал. Никто не понимал, чего же хочет Викуля: мороженого, новую куклу или просто обнимашек. Гром заглушал все её мысли, и слова разлетались, как испуганные птички. Викуля сама не знала, как утихомирить этот шумный беспорядок внутри себя.
Однажды Викуля сидела на ковре и горько плакала из-за сломанного карандаша. Вдруг из-за шторы выкатился пушистый шарик. Это был Пых — Хранитель Слов. Пых выглядел как сахарная вата с большими ушками. «Ой-ой-ой! Какой шум!» — пропищал он. Викуля замерла от удивления и шмыгнула носом. «Почему ты кричишь, Викуля? Твой Гром такой громкий, что все слова спрятались под диван!» Девочка хотела снова закричать, но Пых смешно чихнул. «Давай попробуем найти твои потерянные слова вместе?» — предложил необычный пушистый гость.
Пых присел рядом с Викулей. «Знаешь, Викуля, когда ты кричишь, твоё горлышко закрывается на тяжёлый замок. Гром снаружи, а желания внутри!» Викуля потрогала свою шею. Она действительно чувствовала там комочек. «Давай превратим Гром в тихий ветерок», — сказал Пых. Он объяснил, что крик — это просто энергия, которая не знает, куда идти. «Если мы не скажем словами, мир останется глухим к твоим просьбам. Даже самая добрая мама не умеет читать мысли, когда в ушах звенит от шума», — добавил он.
«Смотри, что у меня есть!» — Пых вытащил из кармашка невидимую дудочку. «Это Дудочка Спокойствия. Чтобы она заиграла, нужно сделать глубокий вдох, как будто ты нюхаешь самую ароматную розу в саду. А потом медленно выдохнуть, будто задуваешь одну свечку на праздничном торте». Викуля попробовала. Вдох-выдох. Вдох-выдох. С каждым разом её плечи опускались, а кулачки разжимались. «Чувствуешь? Гром засыпает», — прошептал Пых. Теперь слова начали возвращаться на свои места, готовые сорваться с губ красивой и ясной речью. Викуля улыбнулась.
Наступил вечер. Викуля увидела на столе красивую синюю чашку с соком. Ей очень захотелось пить, но чашка стояла слишком высоко. Привычный Гром начал ворочаться в животе. Викуля уже открыла рот, чтобы издать громкий «У-у-у!», но тут она вспомнила про Пыха. Она закрыла глаза и представила красную розу. Глубокий вдох через носик. Затем медленный выдох через рот. Гром недовольно ворчал, но постепенно стих. Викуля почувствовала, как на языке появилось нужное слово. Оно было мягким и звонким, как маленький колокольчик.
Викуля подошла к маме, которая читала книгу. Вместо того чтобы топать ногами и тянуть маму за платье, девочка аккуратно коснулась её руки. Мама удивленно посмотрела на дочку. Викуля чётко и спокойно произнесла: «Мамочка, пожалуйста, дай мне синюю чашку. Я очень хочу пить». Мама просияла и тут же обняла Викулю. «Конечно, солнышко! Какая ты молодец, что сказала так понятно». Сок показался Викуле самым вкусным на свете. Оказалось, что слова работают гораздо быстрее и лучше, чем любой, даже самый громкий крик.
Весь следующий день Викуля тренировалась. Если она не хотела надевать колючий свитер, она говорила: «Мне неудобно, давай выберем другое». Если ей было грустно, она шептала: «Пожалей меня, пожалуйста». Пых радостно прыгал вокруг неё. Гром в животе стал совсем крошечным и превратился в пушистого котёнка, который мирно спал. Теперь Викуля знала секрет: каждое её желание — это сокровище. А чтобы другие увидели это сокровище, нужно просто открыть сундучок и выпустить слова на волю. Это было похоже на самую настоящую магию.
Теперь в доме Викули стало тихо и уютно. Родители чаще улыбались, а Викуля чувствовала себя по-настоящему взрослой и сильной. Она поняла, что говорить — это суперсила. Вечером, засыпая в своей кроватке, она прошептала: «Спасибо, Пых». Пых подмигнул ей и растворился в лунном свете, оставив после себя аромат ванили. Викуля закрыла глаза, зная, что завтра она сможет рассказать миру о своих новых мечтах. Впереди её ждало столько интересного, ведь теперь её голос звучал ясно, смело и очень красиво. Мир слушал её.
