Харитон топал по розовым облакам. Пружинисто: прыг-скок! Под ножками было мягко, как в маминой подушке. Рядом переваливался Мишка Потап. В его животике что-то весело звенело: дзинь-ля-ля! Облачный город пах сладкой ватой, ванилью и очень тёплым летним ветром.
Вдруг Харитон замер. Ой! На пушистой горке стоял Самокат. Он был лимонно-желтый и светился, как маленькое солнышко. Его колеса тихонько крутились сами собой: вжжжух-вжжжух. Харитон затаил дыхание. Его ладошки стали горячими, а пальчики сами потянулись к блестящему рулю.
— Хочу! — громко крикнул Харитон. Он подбежал к Самокату и крепко схватился за ручки. Ручки были гладкие и прохладные. Мальчик хотел сразу оттолкнуться ножкой и улететь в самое небо. Сердце в груди застучало быстро-быстро: тук-тук-тук! Как будто внутри прыгал весёлый зайчик.
Но Самокат не двигался. На руле висела карточка, а на ней — пять золотых пуговиц. Мишка Потап подошел поближе и почесал пушистое ушко. — Чтобы забрать это желтое солнце, нужно пять пуговиц, Харитоша. А у нас в животике пока совсем пусто.
Носик Харитона сморщился. Губы задрожали, а в глазках собрались горячие капельки. — Хочу сейчас! — топнул он ножкой. Плюшевый Потап прижался мягким боком к коленке мальчика. — Ого, какая большая хотелка выросла внутри! Она горячая, колючая и очень сильная, правда?
Харитон шмыгнул носом и кивнул. Потап открыл секретный кармашек на животе. Там было пусто, но пахло вкусным медом. — Твое желание — как маленькое зернышко, — прошептал Мишка. — Мы положим его в кармашек, будем кормить пуговицами, и оно вырастет в настоящий Самокат.
Харитон приложил ладошку к животу Потапа. Там было тепло. Мальчик представил, как катится на желтом Самокате сквозь белые облака. Ветер свистит в ушах: фьююю-фьююю! Стало не так грустно. Желание теперь приятно щекотало внутри, словно там поселился добрый и тихий светлячок.
Солнышко в Облачном городе начало гаснуть. Потап зевнул и обнял Харитона пушистыми лапами. Самокат остался на горке, сияя в сумерках. Мальчик закрыл глазки... Вдох... Выдох... Золотая мечта грела его, как самое мягкое одеяло. Скоро-скоро... Спи, Харитоша. Мы обязательно его заберем.
