Поставил Балда точку в старой истории. Поп после тех трех щелчков совсем память потерял, зато жадность как рукой сняло. Собрал Балда свои пожитки в узелок, подпоясался крепко и зашагал вдоль синего моря. Солнце припекало макушку, а соленый ветер щекотал нос. "Эх, жизнь хороша, когда совесть чиста и в кармане не пусто!" — напевал он басом. Вдруг видит он у самого берега девочку. Сидит она на огромном валуне, горько плачет, а слезы ее в жемчужины превращаются и в песок прячутся. Странное дело, подумал наш герой.
Подошел Балда поближе, поклонился вежливо. "О чем, красавица Дуняша, слезы льешь? Нешто море штормит или каша пригорела?" Девочка подняла глаза, полные печали. "Хуже, дяденька Балда. Злой Морской Омар забрал у дедушки лодку за долги мнимые. Сказал, пока не принесу ему три корзины звездного света, лодку не вернет. А где ж его взять, свет этот, если тучи небо закрыли?" Балда усмехнулся, почесал затылок и хитро прищурился. "Дело житейское. Где хитрость не поможет, там смекалка выручит. Пойдем к твоему Омару, потолкуем по-нашему, по-рабочему".
Шли они недолго, пока не уперлись в скалу, похожую на огромную клешню. Из расщелины вышел Омар в шелковом цилиндре и с тросточкой из коралла. "Кто такие? Зачем покой нарушаете?" — проскрипел он, поправляя монокль на выпученном глазу. Балда вперед выступил, грудь колесом выставил. "Я — Балда, мастер на все руки и ноги. Слышал, ты тут девочку обижаешь, свет звездный требуешь. Давай так: загадывай три дела невыполнимых. Справлюсь — лодку вернешь и Дуняшу отпустишь. А не справлюсь — буду тебе до конца веков спинку чесать".
Омар довольно щелкнул клешнями. "Идет! Только уговор: за каждую ошибку я у тебя год жизни заберу. Первое задание простое. Видишь бухту? В ней вода соленая, а мне для ванны пресная нужна. Отдели-ка соль от воды за один час, да так, чтобы ни крупинки на дне не осталось". Дуняша ахнула, задрожала от страха. "Это же невозможно!" — прошептала она. Но Балда только подмигнул ей. Достал он из кармана старую дырявую ложку и начал ею по воде водить, приговаривая тайные слова, которым его еще прабабушка-знахарка учила.
"Соль к соли, вода к воде, не бывать беде!" — громко крикнул Балда. И чудо случилось! Вода в бухте забурлила, запенилась, и вдруг вся соль сама собой в огромный белый ком скаталась. Стал тот ком размером с мельничный жернов. Балда его на берег выкатил и Омару под нос подтолкнул. "Принимай работу, господин в цилиндре. Водичка теперь сладкая, хоть чай заваривай. Можешь сам попробовать, только усы не замочи". Омар от удивления чуть монокль не выронил. Злится, челюстями скрипит, а признать поражение приходится. Первое дело сделано.
"Ладно, везунчик," — прошипел Омар. "Второе задание потруднее будет. Глубоко в водорослях я потерял золотую иголку, которой пуговицы на панцире пришиваю. Найди ее, да побыстрее. Но помни: трогать водоросли руками нельзя, иначе они тебя в кокон запутают и на дно утащат". Дуняша приуныла, ведь лес подводный густой да темный. Но Балда не растерялся. Достал он из узелка Магнитную Улитку — редкое существо, что металл за версту чует. Положил ее на край воды и свистнул по-особенному. Улитка усиками повела и прямиком в чащу поползла.
Ждали они недолго. Вскоре Улитка вернулась, таща на своей спинке блестящую иголку. Омар позеленел от злости, даже цилиндр набок съехал. "Твоя взяла, работник. Но третье задание ты точно не выполнишь. Рассмеши-ка мою прабабушку, Древнюю Черепаху. Она уже триста лет не улыбалась, все о тщете сущего думает. Если она хотя бы кончиком рта поведет, забирай лодку. А нет — готовь чесалку для спины!" Повел он их к глубокой пещере, где на камнях восседала огромная, как гора, Черепаха. Вид у нее был мрачный и очень серьезный.
Балда подошел к Черепахе, посмотрел ей в глаза и понял: тут шутками не поможешь. Здесь нужна истинная магия настроения. Он присел рядом и начал рассказывать историю про Попа, который за дешевизной погнался. Рассказывал ярко, с лицами, как Поп прыгал, как черти в море веревки крутили. Дуняша тоже включилась, начала показывать, как Омар в цилиндре важно вышагивает. Черепаха слушала-слушала, и вдруг в ее мудрых глазах искорка мелькнула. Она вспомнила, что мир не только из камней состоит, но и из веселых глупостей, которые делают жизнь ярче.
И тут Черепаха как захохочет! Да так громко, что в пещере эхо заплясало. "Ох, насмешили! Ох, порадовали старуху!" — проскрипела она, утирая слезу ластой. Омар от такого конфуза за камни спрятался, одни глаза-перископы торчат. "Ну что, хозяин, уговор дороже денег," — сказал Балда, подбоченясь. "Верни лодку дедушке Дуняши и больше к людям с глупостями не приставай. А не то я прабабушке твоей еще пару историй про твои проделки расскажу, она тебя живо воспитает". Делать нечего, пришлось Омару долг отдавать и лодку из заточения выпускать.
Когда лодка причалила к берегу, Дуняша обняла Балду. "Спасибо тебе, добрый человек! Ты не просто лодку спас, ты мне показала, что даже самого вредного Омара можно перехитрить, если сердце храброе". Балда улыбнулся и протянул ей маленькую ракушку. "Это тебе на память. Если станет грустно или страшно, приложи ее к уху. Она напомнит, что смех — самое сильное оружие против любой тьмы. И помни: никогда не бойся тех, кто кажется великим и важным. Часто под их цилиндрами скрываются обычные трусишки, которые просто забыли, как радоваться жизни".
На прощание Балда подошел к Омару. Тот все еще дрожал, ожидая расплаты. "Не бойся, щелчков не будет," — произнес Балда. "Ты и так себя наказал своей жадностью. Но запомни один урок: работа должна быть в радость, а долги — честными. Теперь иди в море и учись у Черепахи мудрости, пока совсем в соль не превратился". Омар кивнул, снял цилиндр и медленно попятился в воду. Теперь он знал, что на каждого хитреца найдется свой Балда, у которого за душой ни гроша, зато в голове — палата ума и добра.
Солнце клонилось к закату, окрашивая море в розовые тона. Балда закинул узелок на плечо и помахал Дуняше рукой. Его ждали новые дороги, неизведанные леса и, конечно, новые встречи. Он знал, что мир огромен и полон чудес, которые открываются только тем, кто готов идти вперед с улыбкой. Впереди маячил далекий город, где, по слухам, жил один очень скупой купец, собиравшийся строить мост из пряников. "Ну, там-то я точно пригожусь!" — весело подумал Балда и ускорил шаг, оставляя на песке четкие, уверенные следы.
