В сердце Костика давно поселился секрет размером с целую галактику. Секрет звали Настя, и у неё были самые весёлые косички во всей школе. Но сегодня они грустно повисли, потому что Настя сидела под старым дубом и плакала. Её плечи вздрагивали, а слёзы капали прямо на новые туфельки. Увидев это, Костик почувствовал, как его собственное сердце сжалось в маленький комочек. Он просто не мог смотреть на то, как грустит его тайна с косичками.
Нужно было срочно что-то делать! Но что? Сказать что-то умное? У него слова всегда путались. Рассказать смешной анекдот? Он их вечно забывал. И тут его взгляд упал на рюкзак, где притаилось настоящее сокровище — бутылка шипучего, солнечно-жёлтого лимонада. В голове Костика созрел план, настолько же блестящий и пузырящийся, как и сам напиток. Это был рискованный, но очень отважный план настоящего рыцаря, пусть и немного нескладного.
Схватив бутылку, он решительно открутил крышку. Газики зашипели, словно маленькие дракончики, готовые вырваться на свободу. Костик глубоко вздохнул, зажмурился и, как фокусник, выливая эликсир радости, опрокинул всю бутылку себе на голову. «Плюх!» — раздалось на весь двор. Сладкие, липкие струи полились по его волосам, лицу и рубашке, оставляя за собой аромат лимонных леденцов. Он стоял, промокший до нитки, но с чувством исполненного долга.
Настя подняла заплаканные глаза и удивлённо моргнула. Перед ней стоял липкий, мокрый, но очень решительный Костик. Сначала её губы дрогнули, потом уголки рта поползли вверх, и вдруг она рассмеялась. Да так звонко и заразительно, что казалось, будто на дубе зазвенели сотни маленьких колокольчиков. Её смех, словно тёплый летний ливень, смывал все слёзы и грусть, накопившиеся за утро. Она смотрела на него и не могла остановиться, хохоча до икоты.
Вдохновлённая его поступком, Настя решительно нырнула в свой рюкзак и достала бутылочку с вишнёвым компотом. «Если уж устраивать дождь, то цветной!» — крикнула она и, подражая Костику, тоже вылила всё на себя. Теперь они стояли вдвоём: один — жёлтый и лимонный, вторая — красная и вишнёвая. Вокруг них образовались разноцветные лужицы, а сами они хохотали так, что на них стали с любопытством оглядываться другие ребята.
Их веселье прервал строгий голос. «А что это здесь за фруктовый потоп?» — спросила подошедшая к ним учительница, Мария Ивановна. Она строго свела брови, разглядывая липкую парочку и цветные лужи у их ног. Дети замерли, смех застрял у них в горле. Костик уже приготовился к самой длинной лекции в своей жизни о правилах поведения на перемене и порче одежды. Он даже на всякий случай сделал самое виноватое лицо.
«Мы… это…» — начал Костик, но слова снова запутались. «Мы просто решили, что сегодня очень грустная погода, — выпалила Настя, — и решили устроить свой собственный дождь. Лимонадно-вишнёвый! Он гораздо веселее обычного». Она посмотрела на учительницу с такой искренней надеждой в глазах, что даже строгое лицо Марии Ивановны на секунду дрогнуло. Костик восхищённо посмотрел на Настю, он бы до такого точно не додумался.
Мария Ивановна долго смотрела на них, а потом тяжело вздохнула, но в её глазах плясали смешинки. «Что ж, изобретатели погоды, марш к медсестре, приводить себя в порядок. И чтобы больше таких осадков без моего разрешения не было! А то придётся весь класс зонтиками обеспечивать». Она отвернулась, пряча улыбку, а Костик и Настя, взявшись за руки, побежали в сторону медпункта, оставляя за собой липкие следы и чувство невероятной победы.
В медкабинете, пока медсестра выдавала им полотенца и ворчала про «современных детей», Костик набрался смелости и тихо спросил: «Настя, а почему ты плакала? Тебя кто-то обидел?». Он очень боялся услышать ответ, но больше не мог носить этот вопрос в себе. Настя перестала вытирать вишнёвые капли с щеки и посмотрела на него. Её глаза снова стали немного грустными, но уже без слёз. Наступила минута тишины, наполненная запахом лекарств.
«Я потеряла свою любимую заколку, — тихо призналась она. — Ту, с блестящим красным камешком. Мама подарила мне её на день рождения. Мне стало так обидно и одиноко, будто я потеряла что-то очень важное». Она вздохнула, а потом вдруг улыбнулась. «Но знаешь, сейчас мне кажется, что липкая рубашка и новый друг гораздо важнее любой заколки. Спасибо тебе, Костик. Ты самый лучший рыцарь на свете, хоть и немного лимонадный».
«А ты тогда — вишнёвая принцесса!» — засмеялся Костик. «Точно! — подхватила Настя. — Мы — команда Лимонадно-Вишнёвых Рыцарей! Будем бороться с грустью и унынием!». Они дали друг другу торжественную, хоть и немного липкую, клятву всегда приходить на помощь, если кому-то станет тоскливо. Это был их первый совместный секрет и начало самой невероятной дружбы, скреплённой шипучкой и компотом. Им казалось, что теперь им по плечу любые подвиги.
Когда они, чистые и довольные, вышли на улицу, то увидели, как школьный дворник, дядя Вася, с недоумением смотрит на цветную лужу под дубом. Вокруг неё уже собралась целая армия муравьёв, устроившая настоящий пир. «Чудеса, да и только! — пробормотал он, почёсывая затылок. — Дождя не было, а тут сладкая радуга. Наверное, в нашем дворе завёлся добрый полтергейст!». Костик и Настя переглянулись и тихо хихикнули. Их первое приключение только начиналось.
