Лида шла по Долине Разноцветных Озер, волоча ботинки по мягкой траве. Обычно озера здесь были спокойного синего или глубокого зеленого цвета, словно сонные глаза великана. Но сегодня воздух казался тяжелым, как перед грозой, которая всё никак не начиналась. В груди у Лиды было тесно, будто она пыталась вдохнуть через узкую трубочку. *Ты здесь чужая*, — прошептал знакомый колючий голос в голове. Лида вздрогнула. Каждое движение давалось с трудом, словно она пробиралась сквозь невидимую липкую паутину, которая облепляла лицо и мешала дышать.
*Все смотрят на тебя*, — продолжал шипеть Внутренний Критик. — *Они видят, какая ты странная и неуклюжая*. Лида остановилась у края Зеркального озера. Обычно оно было мирного цвета индиго, но стоило ей наклониться, как вода задрожала. Синева исчезла, сменившись грязновато-желтыми пятнами, а затем яркими неоновыми вспышками. Сердце колотилось о ребра, как пойманная птица, пытающаяся вырваться из клетки. Лида ненавидела это ощущение. Почему она не может быть просто «нормальной» и «спокойной», как девочки с обложек школьных тетрадок? Это было несправедливо и больно.
Внезапно озеро взорвалось ярко-оранжевым цветом. Это не был теплый оранжевый закат. Это был едкий, электрический цвет знака «Опасно». Он вибрировал и гудел, хотя вокруг стояла тишина. В горле у Лиды встал ком, твердый и холодный, как мраморный шарик. Ладони стали влажными и липкими. *Ну вот, теперь все знают, что ты не справляешься*, — издевался голос. Оранжевое сияние отражалось на лице девочки, делая её кожу бледной. Ей хотелось убежать, спрятаться в лесу, но ноги стали тяжелыми, словно налились свинцом и приросли к земле.
Лида зажмурилась и попыталась представить что-то синее. Чистое небо. Холодный лед. *Измени это, немедленно стань спокойной!* — приказала она себе. Но озеро только разгоралось сильнее, почти обжигая глаза своим ядовитым светом. Оранжевая вода начала пузыриться, в точности повторяя дрожь в её животе. Казалось, она проглотила рой встревоженных пчел, которые теперь бились крыльями где-то под ребрами. Лида сжала кулаки, пытаясь задавить это чувство, зарыть его поглубже в землю. Но эмоции — странная штука: чем сильнее их прячешь, тем острее и злее они становятся.
— Знаешь, этот оттенок оранжевого сейчас в моде. Называется «стиль неминуемой катастрофы», — раздался сухой, скрипучий голос со стороны камней. Лида подпрыгнула, сердце на миг замерло. На валуне сидел Лулу. Это был плюшевый совенок, но его шелковые крылья были потерты, а один глаз-пуговица держался на честном слове. Лулу выглядел так, будто пережил сотню штормов и его уже ничем нельзя было удивить. Он зевнул, не по-детски прикрыв клюв крылом, и посмотрел на Лиду своим единственным исправным глазом.
— Лулу? Что ты здесь делаешь? — Лида вытерла вспотевшие ладони о джинсы, стараясь не смотреть на озеро. — Наслаждаюсь шоу, — ответил совенок, чистя крыло клювом. — Большинство детей пытаются притвориться, что их озера всегда прозрачные и скучные. А твой оранжевый — это хотя бы громко. В нем есть характер. Лида нахмурилась и сердито пнула камешек. — Это не характер, это провал. Я чувствую, что сейчас просто развалюсь на куски. Лулу внимательно посмотрел на неё. — Ну и развались. Это всего лишь вода. Она не обязана стоять на месте.
— Но это слишком сильно, — прошептала Лида, и её голос дрогнул. — Здесь всё давит. Она показала на свою грудь, где комок тревоги стал почти невыносимым. Лулу спрыгнул с камня и вразвалочку подошел ближе, его набивка мягко похрустывала при каждом шаге. — Это просто твоя внутренняя сигнализация, малая. Она у тебя слишком чувствительная. Реагирует на тень так, будто это тигр. Она пытается тебя защитить, просто делает это... ну, как идиот. Совенок уселся прямо у кромки оранжевой воды, свесив маленькие лапки над светящимися, тревожными волнами.
— Перестань бороться с этим цветом, — сказал Лулу, глядя в оранжевую глубину. — Когда ты борешься с волной, она сбивает тебя с ног. Когда ты просто ложишься на воду, ты плывешь туда, куда она тебя несет. Лида посмотрела на него как на сумасшедшего. — Плыть? В этом? Я же утону! *Он прав, ты даже успокоиться не можешь*, — вставил свои пять копеек голос в голове. Лулу фыркнул. — Утонуть в чувстве? Не смеши мои перья. Это просто эмоция, а не водоворот. Сядь уже. Трава тебя не укусит, хотя оранжевый выглядит довольно зубастым.
Лида помедлила, а потом тяжело опустилась на землю рядом с совенком. Оранжевое свечение было очень интенсивным. — А что, если я останусь такой навсегда? — спросила она, обхватив колени руками. Лулу закатил глаз-пуговицу. — Конечно. А еще завтра ты превратишься в гигантскую морковку, и тебя съест космический кролик. Оба варианта одинаково вероятны. Лида почувствовала тень улыбки, но она быстро исчезла. — Мне просто... страшно, что мне страшно. — О, классический сиквел, — заметил Лулу. — «Страх 2: Возвращение тревоги». Фильм так себе, рейтинг низкий.
Они сидели в полной тишине. Оранжевое озеро не стало синим. Оно даже не потускнело. Оно просто было там — яркое, гудящее и странное. Но случилось что-то необычное. Поскольку Лулу не пытался ничего исправить или «починить» её настроение, Лида тоже перестала сражаться. Она позволила тяжести в груди просто существовать. Ей это всё еще не нравилось, но она перестала брыкаться. Оранжевый цвет больше не казался сигналом опасности. Теперь он выглядел как... энергия. Чистая, необработанная и немного пугающая сила, которая просто текла через неё, не причиняя настоящего вреда.
— Вообще-то, это красивый цвет, — пробормотал Лулу, прислонившись головой к колену Лиды. — Сильный. Как глаз тигра или очень злой мандарин. Лида сделала глубокий вдох. Он всё еще был немного прерывистым, но мраморный шарик в горле словно начал таять. — Я всё еще волнуюсь, — призналась она честно. — И отлично, — отрезал Лулу. — Это значит, что ты живая. Только камни никогда не волнуются, но у них ужасно скучная личная жизнь. Просто посади этот оранжевый на пассажирское сиденье. Пусть сидит и ворчит, но руль держишь ТЫ.
Лида посмотрела на свои руки. Они больше не дрожали. Озеро всё еще полыхало оранжевым, отражая неопределенность завтрашнего дня, но в Долине стало спокойнее. Девочка поняла: ей не нужно, чтобы вода была синей, чтобы чувствовать себя в порядке. Можно сидеть у оранжевого озера и просто дышать. *Ты всё еще странная*, — шепнул голос, но теперь он звучал откуда-то издалека. Лида встала и отряхнула штаны от сухой травы. Она не знала, что будет дальше, но была уверена: этот оранжевый цвет — лишь одна из красок её огромного мира.
