Солнечная Поляна дышала теплом. Лисёнок Рыжик тащил большую сухую ветку. Хрусть-хрусть! Лапки крепко сжимали кору. Он ставил палочку на палочку, строя самую высокую башню в лесу. Рыжий хвостик весело качался из стороны в сторону. Солнце щекотало его мокрый носик. Маленькие кузнечики прыгали рядом: прыг-скок!
Стук-стук! Рыжик добавил тяжёлую шишку на самый верх. Он вытянул шею и замер. Башня стояла ровно. Трава вокруг была мягкой и зелёной. Лисёнок присел на корточки, любуясь своей работой. Ушки стояли торчком, ловя каждый шорох леса. Было очень тихо и очень важно. Его башня касалась неба!
Вдруг — бах! Самая верхняя палка соскользнула. Башня качнулась вправо, потом влево. Кряк! Всё посыпалось вниз. Шишки покатились по корням: тук-тук-тук. Трах-тибидох! На траве осталась только куча веток. Рыжик замер. Его рыжие ушки прижались к голове, а глаза стали круглыми и большими. Все старания рассыпались.
Носик Рыжика сморщился. Щёки стали горячими, как летнее солнце. Он сжал кулачки так крепко, что лапки задрожали. «А-а-а!» — закричал лисёнок. Он подпрыгнул и ка-а-ак топнет по земле! Бум! Пыль взлетела вверх. Рыжик топал снова и снова. Сердце в груди стучало быстро: тук-тук-тук-тук!
Лисёнок носился по кругу. Он хватал лапками сухую траву и подбрасывал её вверх. Фьюить! Гнев был большой, как грозовая туча. Рыжик хотел быть громким. Он хотел быть колючим. Деревья вокруг тихонько качали ветвями, будто говорили: «Мы видим тебя, маленький Рыжик. Мы слышим твой топот и твой крик».
В кустах послышался мягкий шум. Шурх-шурх. Это пришёл Мишка Потап. Он был большой и очень спокойный. Потап не стал ругаться. Он не сказал: «Тише!». Мишка просто сел на траву неподалёку. Его мохнатые лапы лежали на коленях. Он смотрел, как Рыжик сердито машет хвостиком и пыхтит.
— Ух, как ты сильно топаешь! — тихо сказал Потап. — Твои ножки сейчас как настоящие барабаны. Злиться — это очень громко. Можно посидеть рядом с твоим гневом? Потап протянул свою большую, тёплую лапу. От неё пахло мёдом и сухим деревом. Рыжик остановился. Его животик тяжело вздыхал: вверх и вниз.
Рыжик подошёл ближе. Он всё ещё сердился, но лапки стали тяжёлыми. Потап обнял лисёнка тёплым краем своей шубы. Лапа мишки была мягкой. «Фффффф», — выдохнул Потап. — Давай выдохнем этот жар вместе. Как будто мы дуем на пушистый одуванчик. А ну-ка, попробуй дунуть вместе со мной! Фффффф.
Рыжик прижался к густой шерсти друга. Колючий гнев внутри начал таять, как льдинка на ладошке. Глазки стали закрываться. На поляне становилось тихо. Только ветерок едва заметно шелестел в листве. Ш-ш-ш. Рыжик почувствовал, как тепло Потапа переходит в его хвостик и ушки. Стало уютно и очень спокойно.
Лес засыпал. Мишка Потап тихонько качал лисёнка. Рыжик свернулся маленьким рыжим клубочком. Вдох... Выдох... Тёплые лапы грели спинку. Солнышко спряталось за горизонт. В домике сердца стало тихо-тихо. Спи, маленький лисёнок. Вдох... Выдох... Лапки расслабились. Хвостик замер. Спокойной ночи... Спи... Всё хорошо.
